Добро пожаловать в тюрьму
13.11.2015 12:50
![](http://www.vsar.ru/data/photo/111315_039892678188.jpg)
В Государственную думу РФ внесен законопроект, предлагающий разрешить адвокатам встречаться с подзащитными, находящимися под стражей, без каких-либо разрешений от следователя. По мнению авторов документа, предложенный ими законопроект позволит пресечь нарушение прав граждан страны на квалифицированную юридическую помощь. А кроме того, обеспечит реализацию прав адвокатов на осуществление защиты своих клиентов. Однако, несмотря на то что предложенный вариант документа можно считать своего рода шагом навстречу защитникам, многие практикующие юристы называют его полумерой. Почему? Ответ на этот вопрос искал корреспондент «ВС».
Под защиту
Первое, что бросается в глаза при изучении предложенного законопроекта, - это то, что он является лишь дополнением уже существующей 53-й статьи УПК РФ. Именно в ней зафиксированы такие полномочия адвоката, как право на свидание с подзащитным, сбор доказательств, ознакомление с протоколом задержания подзащитного и присутствие при предъявлении обвинения. Проблема только в том, что статья эта начинала работать лишь с момента допуска защитника к участию в уголовном деле. Эта формулировка вот уже несколько лет не давала покоя адвокатам и правозащитникам, ратующим за соблюдение всех без исключения прав человека, включая, разумеется, и право на получение квалифицированной юридической помощи. Дело в том, что представители следствия нередко пользуются имеющейся лазейкой в законодательстве, ограничивая юристам доступ в следственный изолятор на первое свидание с подзащитным. Сотрудники следственных изоляторов просто отказываются пускать адвокатов в СИЗО без письменного подтверждения следователя о том, что юрист допущен к участию в уголовном деле. В результате зачастую получается так, что человек, попавший в следственный изолятор, остается без юридической помощи и просто не знает, как строить свои отношения со следствием.
Именно это противоречие и призван устранить предложенный законопроект. Авторы документа ссылаются на 49-ю статью УПК РФ, в которой такая бумага, как «согласие следователя», не предусматривается. А напротив, говорится, что защитник участвует в уголовном деле с момента вынесения постановления о привлечении лица в качестве обвиняемого и допускается к участию в уголовном деле на основании удостоверения адвоката и ордера. Все остальное - чистой воды бюрократия. Именно поэтому 53-ю статью уголовно-процессуального кодекса предлагают дополнить еще одним жизненно важным пунктом. Звучать он будет так: «До момента допуска к участию в уголовном деле адвокат вправе иметь с подозреваемым, обвиняемым свидания по предъявлении удостоверения адвоката и ордера. Истребование у адвоката иных документов запрещается».
Но и это еще не все. Тот же законопроект предлагает предоставить содержащимся под стражей в следственных изоляторах гражданам право на свидание с нотариусом и адвокатом, который не является официальным защитником заключенного. При этом во избежание бюрократии предлагается установить тот же минимальный набор документов, необходимый для попадания в СИЗО. Для адвоката это соответствующее удостоверение и ордер, для нотариуса - документ, подтверждающий его полномочия. Любые требования иных документов будут являться незаконными. Объясняя необходимость введения этой нормы, авторы законопроекта подчеркивают, что человек, оказавшийся в следственном изоляторе, фактически лишен возможности сделать распоряжения относительно своего имущества. К примеру, для составления завещания необходима встреча с нотариусом, а добиться ее, находясь в заключении, просто невозможно.
Стоит отметить, что в данном случае доводы авторов предложенного документа не лишены оснований. Как показывает практика, человек, помещенный в СИЗО на время предварительного следствия, в девяноста девяти процентах случаев получает впоследствии реальный тюремный срок. А получить юридическую помощь, находясь в исправительной колонии, в разы сложнее, чем в следственном изоляторе.
Из пушки по воробьям
Впрочем, несмотря на кажущуюся правильность и необходимость предложенного законопроекта, юридическое сообщество страны встретило документ без особого энтузиазма. В многочисленных комментариях адвокаты и правозащитники объясняют свою позицию довольно просто: уже существующей нормативно-правовой базы вполне достаточно для обеспечения законных прав и интересов подследственных. Проблема только в том, что многие документы, регулирующие порядок взаимоотношений адвоката с представителями следствия, существуют только на бумаге. На практике же они соблюдаются далеко не всегда.
- То, что депутаты решили все-таки устранить существующие противоречия, в принципе хорошая инициатива, - говорит саранский адвокат Сергей Наумов. - Но у меня это создает ощущение стрельбы из пушки по воробьям. Мне кажется, достаточно было бы разъяснения или письма Министерства юстиции по таким фактам. С другой стороны, законопроект в случае принятия может стать дополнительной гарантией защиты прав граждан. И пока в нынешней ситуации доминирования следствия и обвинения над защитой это все-таки будет не лишним. Ведь на практике ситуация может сложиться таким образом, что, если следствию надо будет «притормозить» адвоката, такая неопределенность в УПК может быть использована в тактических целях следствия. Проблема, по сути, заключается не в том, что адвоката не допускают в следственный изолятор, а в том, что не допускают именно того защитника, о котором просит гражданин. Я бы вообще предложил разрешить эту ситуацию радикальным образом: уже с момента задержания обязать представителей следствия информировать конкретного адвоката (если гражданин называет своего защитника сам) или дежурного адвоката через адвокатскую палату о том, что его клиент задержан.
Как поясняют юристы, похожая ситуация сложилась в стране после принятия Кодекса об административном судопроизводстве. После вступления в силу этого документа в некоторых судах от адвокатов требовали представить диплом о высшем юридическом образовании. Дошло до того, что председатель федеральной палаты адвокатов был вынужден обратиться по этому поводу к председателю Верховного суда России.
Бороться, а не защищать
Справедливости ради стоит отметить, что куда большее беспокойство у адвокатского сообщества вызывает ситуация с доступом не в следственные изоляторы, а в исправительные колонии. Вот там, по словам юристов, люди действительно лишены права на получение юридической помощи. И проблема опять-таки заключается не в отсутствии законодательной базы, а в том, что действующие на территории страны законы попросту игнорируются исполнителями на местах.
- Самый простой способ не допустить адвоката в исправительную колонию выглядит так, - рассказывает адвокат Сергей Наумов. - Предположим, я приезжаю в колонию, чтобы встретиться со своим клиентом. Но на вахте мне говорят, что начальника колонии нет на месте. А пропуск может подписать только он. Мне предлагают подождать. Но ожидание может затянуться на целый день. Естественно, точнее - это противоестественно, мне приходится уезжать. Но допустим, я трачу на такую поездку целый день, с учетом расстояния от Саранска до Зубово-Полянского района, где находится большинство колоний. А теперь представьте, сколько времени на это потребуется адвокату из другого региона. Приходится приезжать в другой раз, но тоже ведь без гарантии того, что ты сможешь встретиться со своим клиентом. Самое же «интересное» заключается в том, что, когда пытаешься обжаловать действия сотрудников колонии в прокуратуре, тебе отвечают: «Начальника действительно не было на месте, но ведь в доступе в колонию вам никто не отказывал, просто возникла техническая заминка. Значит, ваши права никто не нарушал».
По словам юристов, бороться с такими «заминками», в принципе, возможно. Но сам факт того, что защита законных интересов человека, пусть и находящегося в заключении, превращается в борьбу, уже нонсенс.
- Один из вариантов борьбы заключается в следующем, - продолжает Сергей Наумов. - Можно отправить факс в колонию с точной датой и временем своего визита. То есть согласовать свой приезд заранее. Но даже в этом случае возможны различные варианты. Хотя, для того чтобы решить эту проблему, не так уж много нужно. Достаточно было бы по аналогии с изменением УПК внести соответствующие поправки в Уголовно-исполнительный кодекс, которые прописывали конкретный порядок получения юридической помощи заключенными. Тогда это была бы не просто декларация, а реальная возможность получения юридических услуг. Однако если в случае с УПК можно говорить о некоторой либерализации, то в случае с Уголовно-исполнительным кодексом - напротив, наблюдается все большее закручивание гаек.
И даже понятно почему. Зачастую человеку, отбывающему наказание в колонии, адвокат требуется для написания жалобы на действия сотрудников или для составления жалобы в ЕСПЧ. В колониях тех, кто пишет жалобы, мягко говоря, не любят. Хотя со стороны попытки администрации исправительного учреждения утаить какое бы то ни было шило в мешке выглядят просто смешно. С учетом того что сейчас чуть ли не каждый второй осужденный имеет сотовый телефон.
Впрочем, как показывает практика, бороться адвокатам приходится не только за права своих клиентов, но и за свои интересы. Собственно, сам законопроект о внесении изменений в УПК появился после встречи членов президентского совета по правам человека с главой государства. И, судя по всему, эта законодательная инициатива не станет последней. Дело в том, что у адвокатского сообщества страны накопилось огромное множество претензий к работе государственных органов. Федеральная адвокатская палата уже давно инициирует внесение поправок в закон «Об адвокатской деятельности», расширяющих полномочия адвокатов в части получения необходимой информации. Но, как показывает практика, проблема-то кроется не в наличии или отсутствии полномочий, а в их реализации.
Алексей КОНСТАНТИНОВ
«Вечерний Саранск»